Дверь открылась без стука,
Как будто от легкого ветра.
На пороге стоял –
Я узнал Его сразу! – Христос.
«Мир тебе!» – произнес, -
И наполнилась горница светом,
И растаяло сердце
В потоке нахлынувших слез.

Я к ногам Его пал,
И такой благодатной молитвой
Были слезы мои,
Растворившие слово «прости»!
А Спаситель стоял,
Озаренный смущенной улыбкой,
Словно Он согрешил,
Словно я Его должен простить.

«Не царем, а слугой
Я вошел в твою мрачную келью.
Мой карающий меч – не закон,
А моя благодать!
Ты увидишь сейчас
Мою первую заповедь в деле:
Я тебя научу,
Как из праха людей поднимать!»

И случилось такое,
Что мерой земной не измерить,
Что понять невозможно
Умом никаким никогда:
В плоть и в кровь обратилось
Привычное слово «вечеря»,
И жилище мое
Стало залом святого суда.

«Суд идет! – прозвучало. –
Сужу за грехи осужденья.
Приговор в исполненье
Сейчас приведу, посмотри!» –
И… склонил Царь и Бог
Предо мною смиренно колени,
И омыл Своей Кровью
Порочные ноги мои.

Все исчезло. А, может быть,
Это приснилось, -
Ничего не случилось?..
И дверь на замок заперта?!
Только сердце мое
Горячее для ближних забилось,
Милосердье залило
Палящее пламя суда.

Если в недрах души
Заклокочет вулкан осужденья,
То в кипящую серу
Других отправлять не спеши, -
Лучше с верой склони
Перед вышним Судьею колени
И за падшую душу –
Свою на алтарь положи!

За «Вечерю» мою вы меня,
Я молю, не судите!
Помолитесь с любовью
За слабую душу мою –
И откроется дверь,
И войдет в мое сердце Спаситель,
И о милости вашей
Я новую песню спою!

Николай Шалатовский

РАНАМИ ЕГО...

Я встала утром рано-рано,
Я так сегодня торопилась,
Чтоб снова прочитать о ранах,
Которыми я исцелилась.

Открыла Библию, и скоро,
Вернув назад тысячелетье,
Я вижу древний южный город,
Христа великое столетье.

...Пылит дорога под ногами,
Толпа людей спешит за город,
И в атмосфере злобной брани
Ты скорбный крест несёшь на гору.

Толпу поспешно догоняю
И, пробираясь к римской стаже,
Ряды народа раздвигаю...
О Боже! Как обезображен

Твой кроткий лик! В венце терновом
Тебя едва могу узнать я.
Ты силен был срывать оковы
Греха, неверия, проклятья.

Ты воскрешал. Давал уставшим
Сердцам покой и утешенье ;
И шёл теперь под ношей тяжкой,
Чтобы открыть нам путь к спасенью.

Как велико Твоё терпенье! –
Вот где смиренью мне учиться!
Кровь капает с колючек терний
И из ступней Твоих сочится.

...Пусть скорбный крест ломает плечи,
От жара пересохли губы –
В Твоих глаз я вижу вечность,
Которую ты даришь людям.

Бичом изрезанное тело
Народ к кресту прибил врастяжку,
И мышца каждая болела
Невыносимо и протяжно.

И на кресте открытый солнцу,
Палящему без сожаленья,
Ты умерал в величье скорбном,
За нас стал жертвой искупленья.

Я встала утром рано -рано,
Я так сегодня торопилась,
Чтоб почитать ещё о ранах,
Которыми я исцелилась...

Автор, отзовись!

ХЛЕБ И ВИНО
(Из М.Сковел)

Христос не повелел воздвигнуть монумент
Из мрамора, что с жилкой золотой,
С цепями на столбах поставленных в цемент
И с гладкой гравированной плитой,
Где надпись бы гласила: это Тот,
Что умер на Голгофе за людей,
Что Он потом воскрес и что теперь живет
В обители Отца, где нет теней...

Он вспоминать Себя совсем не так велел:
В ту ночь, когда был предан, пригласил
Двенадцать на вечерю, после дел,
И хлеб простой пред ними преломил,
Чтоб ели все воспоминая плоть
Невинную, ломимую за всех,
И подал им потом вино Господь,
Чтоб помнили ту кровь, что смыла грех.
Он не хотел, чтоб к памятникам шли
Толпою люди, услаждая глаз,
Хотел, чтоб ели хлеб, вино пили
Его воспоминанья каждый раз.
Чтоб Он был нашей пищей, питием,
Чтоб превращался в нашу кровь и плоть,
Чтоб Он был в нас, а мы чтоб были в Нем,
Чтоб все во всем был Он Христос Господь!

Вера Кушнир